Századok – 1977
Tanulmányok - Erdődy Gábor: A forradalmi magyar kormányzat és sajtóorgánumai a németországi változásokról 1848-ban 463/III
\ 498 ERDÖDY GÁBOR Габор Эрдеди: РЕВОЛЮЦИОННОЕ ВЕНГЕРСКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО И ЕГО ОРГАНЫ ПЕЧАТИ ОБ ИЗМЕНЕНИЯХ В ГЕРМАНИИ В 1848 Г. (Резюме) Автор настоящей статьи ищет ответа на то, что политическое лидерство, руководившее конституционным и буржуазным преобразованием Венгрии, каким видело характер германской революции, считанной им неотделимой частью общеевропейского революционного процесса, и в какой мере оно успело последовать за изменениями, происшедшими с конца 1847 пода до конца 1848 года в соотношениях сил Германии. Можно установить, что венгерское революционное правительство с особым вниманием следило за событиями, случившимися в пространстве Германии. Оно питало большие надежды к рождению единой Германии и ждало, что новое государство значительно укрепит лагерь демократических сил и станет решающим фактором борьбы с царским абсолютизмом и контрреволюциоными правительствами. Венгерское революционное правительство придавало и с точки зрения Венгрии чрезвычайное значение возможному успеху объединительного движения. Ведь его внешнеполитические соображения, которые редуцировали государственноправовое отношение габсбургской империи и Венгрии на чисто персональную унмю, совершенно приходились по концепции франкфуртского парламента. Значит понятно, что правительство Баттяни поспешило установить связь с общегерманским парламентом и несмотря на то, что в стремлениях последнего оно нашло и негативные моменты, венгерское правительство боялось, главным образом, за появление завоевательных требований и, надеясь на взаимное осознание совпадения основных интересов, оно стремилось к заключения союза для предотвращения стремления славян к отложению, далее пыталось к тому, чтобы заставить признать венгерскую государственность, отделившуюся от Австрии. В оценке соотношений сил Германии политические деятели и проирпвительственные органы печати, подвергнутые изучению, характеризуются оптимистическим ожиданием и единовременным осознанием противоречий. Будучи сторонниками монархического государственного строя они отказали республиканские движения, выходявщие за пределы конституционного преобразования и выразив типично буржуазную точку зрению они ставили под сомнение правомерность требований рабочих, но осудили и часто жесткое, контрреволюционное поведение правительств, отказавшееся от исполнения конституционных обещаний. Они считали, что усполнения конституционных обецаний. Они считали, что успешность стремлений к единству больше всего партиоулярные тенденции ставят под угрозу. Уже с весны 1848 года они указали на эгоистическое поведение германских — главным образом, габсбургских и прусских - монархов, выдвигавших свои интересы на первый план, но они верили в способности франфуртского национального собрания и в силу общественного мнения, поддержавшего первое. Их надежды на положительное развитие не уменьшило ни общее распространение контрреволюции в Европе, более того, разочарованные в политике Кавеньяка и полевевшие венгерские правительственные круги осенью 1848 года уже ждали от германских событий, стобы эти — подавая пример всей Европе - подымали новые волны революции. И несмотря на то, что конец 1848 года повсюду характеризуется постановочной победой контрреволюции, от 1849 года они ждали — именно на основе своего опыта в связи с Германией -, что этим откроется новая страница борьбы за конституционную, буржуазную Европу.
