Századok – 1958

Bibliográfia - A Magyarországon megjelent történeti munkák (önálló kötetek; tanulmányok; cikkek) jegyzéke (1957. július 1.–december 31.) (V. Windisch Éva) 527

546 РЕЗЮМЕ ЛАЙОШ ЛУКАЧ : ГАРИБАЛЬДИ И КОШУТ В 1860—1861 ГГ. В истории связей Гарибальди и Кошута исключительное место принадлежит 1860— 1861-ым годам. В это время велись энергические попытки связать освободительную борьбу итальянского и венгерского народов. Всему этому способствовало бы, если оба борцы за свободу нашли бы друг друга и создали бы теоретические и практические основы общей деятельности. Хотя историческое положение благоприятствовало солидарности, и готовность к этому имелась у обоих, они все же не нашли друг друга. Причины этого следует искать частью в международной ситуации, частью в их специальном положении и в расхождении их принципов. Их связи в данную эпоху могут разделиться на три периода. Первый период распространяется с осени 1859 г. по май 1860 г., десант в Марсале, второй с Марсалы по ноябрь 1860 г., а третий по лето 1861 г., до смерти Кавура. Итоги перемирия в Виллафранка подвелись ими различным образом. Гарибальди окончательно разочаровался во Франции Наполеона III. и удалился на Капреру, чтобы там дождаться подъема революционного движения итальянского народа. Кошут, хотя также разочарованный во французском союзнике, в своих планах все же уделил ему повторно внимания. Он назначил своим уполномоченным в Париже 9-го февраля 1860 г. Миклоша Немешкери Киш, зятя министра иностранных дел Тувенеля. К Кавуру, ставшему после падения Ля Мармора опять председателем совета министров, он послал в Турин в качестве своего уполномоченного Ференца Пулски. Кошут не забыл в своих планах ни Гарибальди и еще в письме с 2-го декабря 1859 г. стремился примирить его с туринским двором. Более значительное оживление настало после акции Гарибальди в Сицилии. Венгерские волонтеры примкнули к Гарибальди, который, впрочем, назначил начальником генерального штаба венгерца Иштвана Тюрр. Распавшая в конце 1859 г. венгерская легия была восстановлена. Кошут опять призвал к жизни Венгерскую национальную директорию и в сентябре 1860 г. договорился с Кавуром. На основе этого Кошут должен был добиться от Гарибальди, чтобы тот не повел наступление на Рим. В этом смысле писал Кошут к Гарибальди (14-го сентября 1860 г.) и к Тюрр (15-го сентября 1860 г.). Параллельно с этим Венгерская национальная директория стремилась обеспечить себе руководящую роль над венгерской легией. Гарибальди распознал, что Кошут представляет дело Кавура и поэтому стал сдержанным. Тюрр стремился посредничать, однако безрезультатно. После ноября 1860 г. из донесений Пулски из Турина выяснилось, что с Кавуром нельзя считаться. Он предложил держаться исключительно Гарибальди. Кошут желал сотрудничество с Гарибальди, но только в качестве генерала итальянского короля и в случае итальянско — австрийской войны, на которую он рассчитал весной 1861 г. Он осудия акции, независимые от пьемонтского правительства, в том числе и план десанта в Далмации. Пулски 12-го февраля 1861 г. уехал к Гарибальди, изложил свои взгляды, расходящиеся с Кошутом, на что Гарибальди ответил, чтобы с ним счита- < лись только в том случае, если в Венгрии начнется восстание. Кошут, однако, считал восстание допустимым только в том случае, если внешняя помощь уже прибыла в страну. Между Пулски и Кошутом из-за разногласий произошел разрыв. Первый стремился вернуться домой, а Кошут не оказался склонным порвать с Кавуром. Положение не изменилось и после смерти Кавура. Кошут продолжал сочетать свои планы с ожидаемой итальянско — австрийской войной и ждал поворот к лучшему в деле освобождения Венгрии от войны за Венецию. Гарибальди однако придержался первоначального плана : решающим является прежде всего изгнать французских захватчиков из Рима. Две исторических личности не нашли друг друга. Путь народного революционера Гарибальди привел в 1862 г. к Аспремонте и опять к Капрере. Планы Кошута также не привели к желанному успеху. Кошут во своей политике в эмиграции уже не сумел так тесно связаться с народом, как в 1848 г., на деле он был изолирован от революционных сил и в Венгрии, и на международной, арене. Обуржуазившееся венгерское среднее дворянство изменило ему и дипломатия великих держав также оставила его. В этом заключается трагедия Кошута — эмигранта. Гарибальди и Кошут трудились над общим делом международного прогресса, но они двигались но столь особенным жизненным путям и в таких международных соотношениях сил, что вопреки благим намерениям и желаниям они не сумели согласовать свою деятельность.