Századok – 1963

Tanulmányok - Lukács Lajos: Aspromonte és a magyar emigráció 1862-ben 32

66 LUKACS LAJOS következetlen az emberi sorsok alakulása: azok maradtak hűek Olaszországhoz, maradtak örök emigrációban, akiket a hivatalos Itália eló'bb vagy utóbb megtagadott.: Frigyesy, Dunyov és Kossuth. Viszont az az Eberhardt Károly tért haza, akit a hivatalos Itália feltűnően kitüntetett és felemelt. De ha a mélyére pillantunk a forrongó, örvénylő eseményeknek, a hullámzó emberi sorsoknak, úgy találjuk, hogy végeredményben a történtek ilyen alakulásában a szükségszerűség nagyon is érvényre jutott. A nézetek, az emberi magatartás következetessége predesztinált egyeseket az örök hontalanságra, arra a sorsra, mely keservessége ellenére is egyedül volt elviselhető számukra — míg olyan valaki, mint Eberhardt, szintén nem tagadta meg önmagát és éppen ezért lelkiismeretlenül tagadta meg következetesen azokat, akiket valaha szolgált, akik kiemelték középszerűségéből. Aspromonte ebben a vonatkozásban is értékes tanulságokkal szolgálhat a történetírás számára ... LUKÁCS LAJOS. АСПРОМОНТЕ И ВЕНГЕРСКАЯ ЭМИГРАЦИЯ 1862 Г. Резюме 29 августа 1862 г. туринское правительство, при одобрении Наполеона III и великих держав Европы беспощадно выступило против нового движения Гарибальди и разгромило краснорубашечников, выступивших под лозунгом «Рим или смерть». Этим шагом Раттацци и стоявшие за ним либеральная и консервативная группы дали ясный и недвусмысленный ответ итальянским народным силам, что они желают решить социальное преобразование и национальный вопрос не демократическим путем. Венгерская эмиграция тоже оказала влияние на эти волнующие и богатые в общественных боях события истории Италии. Статья рассматривает, какую позицию приняла венгерская эмиграция и отдельные ее члены в 1862 г. в связи с самыми критическими проблемами,, и как они действовали. Статья стремится рассматривать этот вопрос путем изображения жизни и деятельности трех выдающихся членов венгерской эмиграции. Имя Густава Фридьеши не безысвестно в исторической литературе, он CHI яетс'я сторонником Гарибальди и Маззини, и он принадлежал к числу тех эмигрантов, и горые предпочитали дружбу и сочувствие Гарибальди признанию официального туринского правительства. Из хода его мыслей вытекало логическим образом, что в 1862 г. он находился на стороне своего примера. Он сопроводил Гарибальди на новом пути по Сицилии и был взят в плен вместе с ним при Аспромонте. Связанная с этим его переписка представляет собой не только отражение благородной души, но послужит и ценным материалом к критическим дням истории Италии. Иштван Дуньов, потерявший одну ногу еще в 1860 г. при Вольтурно, находился в тесной связи с Фридьеши. Он вдохновлял его и самоуверенно известил его, что вопреки тяжелому состоянию, если время назреет, он намеревается бороться вместе с Гарибальди за благородные цели. Имя Кароля Эберхардт стало известным еще в 1860 г., ведь он сражался в армии Гарибальди, как командир бригады. Тем более отвратительным могло казаться, что в 1862 г. он командовал итальянскими войсками, получившими задачу разгромить бывшего вождя Гарибальди и его отряд. Из. размышлений Эберхардта сохранились записки, воспоминания. Все они единогласно подтверждают, что в эти роковые дни Эберхардт играл роль простого наемника и что он принял недостойную роль, вдохновленный бездушным цинизмом и карьеризмом. Поведение и роль Ференца Пульски, одного из руководителей венгерской эмиграции оказались довольно неуверенными и двуличными. Правда, он появился в лагере Гарибальди, но недвусмысленно с тем намерением, чтобы воздержать вождя краснорубашечников от его планов, а то по туринскому внушению. Лайош Кошут в начале молчал,, но после того, что генерал Дьердь Клапка в заявлении осудил новую акцию Гарибальди, он тоже примкнул к этрй позиции в открытом заявлении. Поведение Кошута органически вытекало из его политической линии, направленной на сохранение хороших связей с официальным туринским правительством, даже ценой известного ущемления популярности. Вопреки тому, что в данном историческом моменте не имелись налице необходимые итальянские и международные условия осуществления радикальных национальных целей Гарибальди, эта попытка Гарибальди, приведшая к трагическому падению послужила делу общественного прогресса, демократического преобразования. Она имела целью.