Írások Sztanyiszlavszkijról (oroszul); Q 9207

ПРИСЛУШАЙТЕСЬ ВСЕ-ЭТО ЧРЕЗВЫЧАЙНО ВАЖН

О... Тяжелая болезнь, необычайная подвершеннесть простуде все чаще приковывала Константина Сергеевича к постели. В театре он бывал уже редко. Большей частью репетировал дома - в своем кабинете, а летом в хорошую погоду во дворе. Но и в это время, до самых последних дней не ослабевало его острое заинтересованное внимание к делам и людям театра, его желание помочь, подсказать так, чтобы было и лучше и правильнее. Каждый разговор с актером, каждая весть из театра вызывали у него всегда вдумчивый и страстный отклик. Не было такой области в жизни актеров, © которой бы не расспрашивал Константин Сергеевич своих посетителей. Чего стоит, например, взволнованные строки полные огромной заботы об актере, о его положении в театре, о сохранности спектаклей, написанные Станиславским в письме директору МХАТ"а М.С.Гойтцу, накануне ленинградских гастролей. "Вот о чем была речь с Москвиным и Леонидовым, писал ен тотчас, после беседы с ними, - труппа очень сильно истрепана. Старики все больны, и, если они нужны театру, их над© беречь. Над© самому быть актером, чтобы понять, как трудно четыре дня подря

д играть трагедию

" /в этом месте в письме стоит сноска, сделанная, очевидно, для того, чтобы не вызвать у директора недовольства актерами: "Об этом говорил не Москвин, а Леонидов. Он не жаловался и вопроса не поднимал"/. Я знаю, что главные роли меняются. Тем не менее такая нагрузка трудна. Кроме того она очень /