Dosztojevszkij, Fjodor Mihajlovics: Sztyepancsikovo és lakói (oroszul); Q 2893

/ -151-й МУЖИК

.- Нет, батюшка, покамест еще миловал бог. СЕРГЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.- Да чему-ж он вас учит? 1-й МУЖИК.- А учит он, ваша милость, так, что по нашему выходит золотой ящик купи, да медный грош положи. СЕРГЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ. - То есть, как это медный грош? Р0СТАНЕЗ-/сконфузившись/. Сережа. Ты в заблуждении: это клевета... Какой тут медный грош... А тебе нечего горло драть, тебе же, дураку, добра пожелали, а ты не понимаешь, да и кричишь. СЕРГЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.- Помилуйте, дядюшка,

$ французский язык-то? РОСТАНЕВ -/просительным тоноь/. Это он для произношения, Сережа, единственно для произношения. СЕРГЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ - /в запальчивости мужикам/. Да вы- . то чего? Вы бы ему так все прямо и высказали. Дескать, этак нельзя, Фома Фомич, а вот оно как. Ведь есть же у вас язык? 1-й МУЖИК.- Где та мышь, чтоб коту звонок привесила, батюшка? Я, говорит, тебя, мужика сиволапого, чистоте и порядку учу. Отчего у тебя рубаха нечиста? Да в поту живет, оттого и нечистая. Не каждый день переменять. С чистоты не воскреснешь, с погани не треснешь. 2-й МУЖИК.- А вот анамедни на гумно пришел. "Знаете-ли вы, говорит, сколько до солнца верст?" А кто его знает? Наука эта не нашинская, а барская. "Нет, говорит, ты дурак, пехтерь, пользы своей не знаешь; а я, говорит, астролом! Я все божьи планиды узнал".