Külpolitika - A Magyar Külügyi Intézet elméleti-politikai folyóirata - 1979 (6. évfolyam)
1979 / 1. szám - KÖNYVEKRŐL - Volle, H.: A belgrádi utótalálkozó
сил: в новых условиях изменения мировой стратегии США и мультинациональности Бразилия стремится максимально использовать те преимущества, которые обеспечиваются ей региональной ролью в системе мирового господства. На фоне всего этого происходит также постепенная переоценка отношений между безопасностью, властью и экономикой: безопасность превращается в вопрос не столько защиты от внешней угрозы, сколько в вопрос безопасности существующего внутреннего порядка. При этом всё больше обнаруживает себя тесная взаимосвязь между военной безопасностью и экономическим потенциалом. Возросший в последнее время экономический потенциал правящие круги Бразилии все больше стремятся использовать и для того, чтобы в условиях нового международного соотношения сил увеличить свободу маневрирования и максимально расширить сферу особых интересов бразильского капитала при условии сохранения незыблемости руководящей роли США. Экономически это выражается в попытках настоящего правительства Бразилии, используя свой крупный экономический потенциал и относительно высокий уровень развития, создать себе преимущество среди других развивающихся стран и максимально использовать возможности, кроящиеся для нее в закономерности неравномерного развития. Наиболее ярким проявлением этого является ее проникновение в африканские развивающиеся страны, независимо от их политической ориентации. Такими же интересами диктуется стремление наладить отношения и с соседними латиноамериканскими странами. За фасадом прагматичной ориентации Бразилии на экономику кроются серьезные стремления к региональному господству, с долгосрочными последствиями которых должны считаться одинаково как ее друзья, так и недруги. Ласёло Валки: Есть ли санкция в международном праве? Общее понятие права необходимо включает в себя нормы принуждения, его неотъемлемая часть — категория санкции. Подавляющее большинство юристов-международников сходится во мнении, что и для этой отрасли права главной характеристикой является способность принуждения, с чем автор данной статьи не согласен. В качестве довода указывается на то обстоятельство, что условия исполнения норм международного права не тождественны условиям внутреннего права Во внутреннем праве всегда одно юридическое лицо осуществляет правопоорядок, диктует нормы поведения другому, и даже наиболее демократично вынесенные решения не могут удовлятворять интересы одновременно всех, участвующих в данном правоотношении, классов, групп, прослоек или индивидумов. При таком положении исполнение норм может быть обеспечено лишь путем принудительных мер, т. е. применения санкции. А в сфере международного права государства выступают одновременно и как правотворители и как носители данной правовой нормы: государства по общей договоренности определяют нормы своего поведения. Таким образом теорети- нески нет необходимости применения мер принуждения, поскольку эти нормы одинаково служат интересам всех сторон, участвующих в данном международном правоотношении. Но в международной практике существуют нередкие примеры, когда в результате столкновения интересов возникает такое разногласие между государствами, которое ведет к нарушению одной из сторон принятой правовой нормы. В этом случае потерпевшая сторона может применить по отношению к госу- дарству-правонарушителю меры воздействия (риторзия или репрессалия), иными словами она правомочна на применение санкции. При существующей международной структуре, однако, невозможно решить, имело ли право да государство использовать по отно шению к другому данное конкретное действие в качестве санкции, или не являлось ли само конкретное действие правонарущением. Здесь нет такого форума, который — подобно су ществующему в системе внутреннего права — смог бы во всех случаях с юридической силой определить данное поведение государства. При таком положении противным сторонам не остается другого, как самим внеправовым образом приступить к разрешению конфликта. Но такое, используемое в качестве санкции, поведение государства в существующей системе международного права может быть квалифицировано лишь как фактическое, а не правовое последствие правонарушения. Что касается содержания такого поведения государства то, согласно автору, оно тоже не имеет себе равного среди санкций внутреннего права. Применяемая государством санкция довольно редко проявляется как принуждение в его тесном смысле слова, поскольку чаще всего она выражается фактом прекращения или приостановления состояния сотрудничества, Исходя из вышеизложенного, автор, — пользуясь терминологией Вебера, — называет международным правопорядком такой конвенциональный порядок, действенность которого обеспечивается вероятностью для государства, нарушившего такой порядок, обнаружить со стороны пострадавшего государства (государств) сокращение или прекращение ранее проявленной им (ими) готовности к сотрудничеству. 1П
