Írások Sztanyiszlavszkijról (oroszul); Q 9207

задачи, которые ставил тогда передо мной Константин Сергеевич, довольно подробно описаны в книге Топоркова "Станиславский на репетиции". Мне же хочется сецчас рассказать о ней с несколько иных позиций. Еще не осознав всего значения этой встречи, того, огромного богатства, которое я получил в тот день от Константина Сергеевича, я, уходя от него, был ошеломлен, взволнован, преисполнен чувства необычайной благодарности от того внимания и заботы, которыми окружил меня насмерть перепуганного, обескураженного актера, Константин Сергеевич Станиславский. В назначенный час я вошел во двор Леонтьевскего переулка. За столом, под большим навесом-зонтом Константин Сергеевич сидел, окруженный целым ареопагом людей. Мне бросились в глаза турецкий режиссер в роговых очках, какая-то дама в пенсне, переводчики. Тут же были и работники театре. Из них помню, Константин Сергеевич с какой-то оообой почтительностью представил меня Симову: "А это наш художник - Симов". Я всегда робел только от одного присутствия Константина Сергеевича. Теперь же страх и смущение полностью овладели мною. Я с трудом понимал, что происходило вокруг. Осталась одна неотступная давящая мысль - сейчас меня будут демонстрировать. Такое состояние бывает, наверное, когда идешь на сложную и болезненную, но необходимую операцию.