Dosztojevszkij, Fjodor Mihajlovics: Sztyepancsikovo és lakói (oroszul); Q 2893

- 37 ­Это социальный вопрос! Пусть изобразят они мне мужика, но мужика облагороженного, так сказать, селянина, а не му­жика. Пуоть изобразят этого сельского мудреца в простоте своей, пожалуй, хоть даже в лаптях - я и на это согласен, но преисполненного добродетелями, которым, я это смело говорю, может позавидовать даже какой-нибудь слишком про­славленный Александр Македонский. Я знаю Русь и Русь ме­ня знает: потому и говорю это. С одной стороны, незабу­дочки, а с другой - выскочил из кабака и бежит по улице в растерзанном виде! Ну, что-ж, скажите, тут поэтическо­го? Где грация? Где нравственность? Недоумеваю! 0БН00КИН.- Ну, да...это вы хорошо изобразили. РОСТАНЕВ.- Именно, именно, именно! Тама-то какая за­вязалась! Фома Фомич, вот мой племянник. Он тоже занимал­t ся литературой, рекомендую. СЕРГЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ .- Ради бога, не рекомендуйте меня более! Я вас серьезно прошу! ФОМА.- Скажу вам откровенно, Павел Семеныч, если я и уважаю за что бессмертного Карамзина, так это именно за то, что он написал "Фрола Силина". Высокий эпос! Это про­изведение чисто народное и не умрет во веки веков! Высо­чайший эпос! РОСТАНЕВ.- Именно, именно, именно! Высокая эпоха! Фрол Силин, благодетельный человек! Зозвышенная черта. ФОМА.- Полковник, нельзя ли вас попросить - конечного всевозможною деликатностью не мешать нам, и позволить нам

Next

/
Thumbnails
Contents