Rózsa György: Dvorec Vengerskoj Akademii Nauk

IV. Второй этаж дворца

его мы узнаем по желтому доломану и синему ментику. Рядом с ним сидит варадский епископ Ференц Форгач, историограф, а на возвышении мы видим историка Антала Веранчича и Миклоша Иштванфи. На ступенях лестницы, углубившись в книгу, сидит Гашпар Кароли, протестант, переводчик библии. Участников левой группы художник и заказчики выбрали из ведущих деятелей реформации в лице Ференца Давида, Сильвестера Яноша Эрдеши, Иштвана Гелей Катоны, Петера Алвинци и Яноша Цегледи. По-видимому, здесь задача Лотца была самой трудной, ведь до нас почти не дошло достоверных портретов действующих лиц. На галерее выделяются фигуры трансильванского князя Габора Бетлена и Жужанны Лоранфи, за ними видны фигуры Яноша Кеменя и Гашпара Хелтаи. На правой картине доминирующее положение занимает фигура военоначальника и поэта Миклоша Зрини. За ним ми узнаем поэтов Яноша Дьендьеши и Ласло Листиуса. Венгерская литература эпохи барокко представлена справа фигурами князя Ференца Ракоци II, Келемена Микеша, Яноша Римаи и Ференца Фалуди, а слева — Яноша Хеллера, Давида Рожняи и Петера Илошфалви Шеймеша. И здесь галерея заполнена людьми. Михай Стараи держит в руках грамоту с печатью, Венеру из Мураньи-Марию Сечимы узнаем, проследив направление взглядя Дьендьеши. Кроме них, на галерее находятся Шандор Фелвинци и Пекри Леринцне Ката Сидония Петреци, поэтесса. Балинт Балашша, замечательный поэт эпохи Ренессанса, поднимается по лестнице, спиной к Зрини, а слева на возвышении помещен певец венгерской истории ХУ1 столетия Шебештьен Лантош Тиноди. В композиции своих картин Карой Лотц порвал с традициями барочной живописи и обошелся в своих картинах без потусторонних элементов. Образцом для него был Рафаэль, который в ватиканской Станце дель Сигнатура изобразил на Парнасе исторических лиц в идеализированной группе, то есть в таком составе, в каком они никогда не были в действительности. Заказчики ждали от художника показа выдающихся фигур истории венгерской культуры и литературы. Это было невыполнимо, прежде всего в картинах, изображавших средневековье, поскольку тогда еще не существовало видных и отличавшихся индивидуальностью писателей. Поэтому художник охарактеризовал эпоху фигурой одного из монархов, а представителей литературы поместил в его окружении. Представленные в картинах исторические лица должны были быть изображены так, как они жили в историческом сознании конца XIX века, однако не эпически, в действии, 26