Az Egri Múzeum Évkönyve - Annales Musei Agriensis 14. (1976)

Szabó János Győző: Árpád-kori telep és temetője Sarud határában III.

в исторических реалиях. Окоченением же можно было бы объяснить лишь мягкие формы трупоположения. Но именно эти формы больше всего встречаются в небедных погребениях. Так что едва ли можно говорить об отсутствии людей, которые могли позаботиться о погребении умершего, или о невнимательности близких, объясняя трупоположение, при котором покой ник лежит на боку со слегка подогнутыми конечностями. Если же говорить о погребениях рабов, то сначала надо выяснить, почему именно женщины составляли преобладающее большинство рабов. Наличие стад скота у богатых представителей среднего слоя, который занимался пастушеским скотоводством, требовало больше всего мужской рабочей силы. И как объяснить наличие у „домашних рабов" богатых погребальных одежд, украшенных ювелирными изделиями? По мнению автора, для объяснения погребений второй группы (сжатых погребений) уже имеется отправной пункт. Автор усматривает его в тех общих побудительных мотивах которые привели к появлению весьма заметного сходства трупоположений второй группы и третьей группы (трупоположение на животе). Эти побудительные мотивы скрывались в мире религиозных верований. Речь идёт лишь о различных степенях одного и того же явления, которое выражено в наиболее мягкой форме в трупоположениях второй группы. В эпоху Арпадов, в частности, тех, кто обладал способностью к телепатии, могли считать „чернокнижниками", если это были мужчины, или ведьмами, если это были женщины. И в зависимости от его положения в обществе и отш того, какие силы за ним стояли, такой человек мог рассчитывать на то, что от него отвернутся или подвергнут самой ужасной смерти. Отношение же к такому человеку после его смерти могло выразиться в различных формах символического его обособления — от воздания последней почести до полного пренебрежения. Но почему в первую очередь женщины подвергались позору и оказывались связанными со злом? Об этом свидетельствует и материал письменных источников. Видимо, в этом нашло отражение подчинённое положение женщины в обществе и её большая склонность к мистицизму, к религиозности. Во всяком случае, законы короля Кальмана свидетельствуют о чрезвычайном распространении веры в ведьм даже в более цивилизованном двенадцатом веке. 89